ЖИЗНЬ И СМЕРТЬ РА БЕН ЙОСИФА. Часть 1

История-предисловие к фильму «Ra Uru Hu’s Encounter with the Voice»
Текст переведен с английского и опубликован с разрешения Ра Уру Ху

В 1983 году я возглавлял телекомпанию. Моя жизнь была полна. Я создавал со своей командой телешоу и ездил по миру.

Однажды все внезапно изменилось.

Одним утром я проснулся и увидел, что весь дом был черный. Вы не можете себе представить, что это было: полы были черные, мебель была черная, посуда была черная, картины были обрамлены в черные рамы. Это было очень странно. Я проснулся в это утро, и что-то  внутри меня сказало: «Настало время идти». И я пошел.

Я не просто ушел – я ушел и оставил на произвол судьбы свой бизнес,  свою команду. Я оставил своего ребенка, который отныне должен был расти без меня… Я исчез. Я растворился в воздухе.

Я не имел представления, что со мной творится. За короткое время я оказался в Нью-Йорке, где я купил билет на «Peoplе’s Airplane Flight» — «Пересеките океан за 99 долларов!». Так я очутился в Брюсселе, самом скучном городе мира.

Что сказать…

После приземления я немедленно отправился в Амстердам. Он оказался  не таким скучным как Брюссель. В Амстердаме я встретился с Силами, облеченными в внешность подростка 17-18 лет. Это был мальчик из Штатов, из колледжа. Он спросил меня, куда я направляюсь. Я ответил, что не знаю. И он сказал мне, чтобы я ехал на Ибицу. Я спросил его, что такое Ибица. Он ответил, что это остров в Средиземном море. «Я расскажу тебе, как добраться туда», — сказал он мне. И он не только рассказал, как туда добраться, он посадил меня в волшебный автобус, последний во автобус, отправлявшийся из  Амстердама в Барселону.

(А до этого) я  послал этого мальчика раздобыть мне немного «травки». Мы расположились с ним в одном из маленьких отельчиков  в районе «красных фонарей». Я заснул, и когда я проснулся утром, я сел на волшебный автобус и отправился в Испанию. Когда автобус подъехал к испанской границе, полицейские из королевской гвардии зашли в автобус с проверкой. Они осмотрели весь автобус и указали на меня. Я понял, что у меня проблемы: я ведь ушел из дома, у меня был бизнес и дом, и меня искали, и мои фотографии были в газетах.

Они вывели меня из автобуса и  привели в помещение. Там они открыли мою сумку, где на самом виду лежали  сигареты с марихуаной. Эти парни расстроились. «Что это такое? Вы знаете, откуда это?» И я ответил, что не знаю, и что это мне не принадлежит. Они стали меня допрашивать, и после чего выбросили весь пакет в мусор.

И они отвели меня к своему шефу в его кабинет. В этой комнате было окно, в которое был виден мой автобус. В кабинете горел свет, потому что было три часа ночи. Все люди в автобусе смотрели в это окно, а полицейский сказал мне полностью раздеться. Так что все, кто был тогда в автобусе, могут засвидетельствовать, что я прибыл в Испанию как только что родившийся младенец. Я снял всю свою одежду, и шеф сказал мне: «ЭТО было не твое, да?» И я ответил: «Да, это было не мое». Он сказал: «Ты можешь идти».

Когда я уходил, копы очень вежливо упаковали мои вещи, и один из них спросил, куда я еду. Я ответил ему, что еду на Ибицу. Он улыбнулся и сказал: «Ты славно проведешь там время».

Этот автобус прибыл в Барселону с опозданием из-за того, что полицейские разбирались со мной на границе.

Я сразу помчался в морской  порт и попросил  побыстрее продать мне билет. Корабль должен был вот-вот отойти.

Как только я попал на корабль, я пересчитал деньги, и обнаружил, что кассир из-за спешки ошибся в сдаче. В итоге у меня оказалось больше денег, чем я заплатил за билет. Так что они подарили мне это путешествие.

Так я отправился в плавание. Тот мальчик не только направил меня на Ибицу, но он рассказал мне об одном местечке в Санта-Эулалии, которое назвалось «Сэнди Бар». Это место было всемирно известным. После прибытия на Ибицу, я сразу отправился туда. В баре был только один посетитель, который немедленно разговорился со мной. В какой-то момент он спросил: «Как тебя зовут?». И я ответил: «Ра…». На самом деле,  меня звали Роберт, но «берт» внезапно исчезло, и я стал Ра. Я прибыл сюда голым. Силы заставили меня пересечь море, привели на остров и дали мне имя.

Большинство человеческих существ стыдятся сумасшествия. У меня с этим не было  никаких проблем. Фактически, мне нравилось быть сумасшедшим. Это была самая интересная вещь, которая, когда бы то ни было случилась со мной.

В течение последующих трех лет я прошел через то, что я называю «периодом деконструкции».

Когда я прибыл на Ибицу, у меня было очень мало денег с собой. Так что я получил работу в местной деревенской школе. Женщина, которая руководила этой школой, канадка,  в жилах которой текла половина   индейской  крови, предоставила мне место на холме, где я стал жить. Когда я говорю «место», я имею в виду место, потому что там не было никакого дома. Я одолжил в школе кресло, затащил его на дерево и прожил в нем один год.

Это был необычный опыт. Я пришел из культурной и богатой среды. Я вырос в привилегиях материального достатка и комфорта. И вот теперь я был невероятным чудаком, который жил на дереве. По ночам  я пел для того, чтобы заснуть.

Существует вещь, которая остается со мной всю мою жизнь, как до опыта (с Голосом), так и после – это учительство.

Я всегда любил учить.

Я начал учить, когда был очень молодым, работая с  подростками. В своей многолетней карьере  учителя  я  учил буквально  на каждом уровне. Я приехал на остров, не имея ничего, и мне очень повезло, что я смог найти работу. Я получил работу деревенского учителя в школе «Morna Valley».

Это была школа Мэри, невероятной женщины, которая была, как и я, из Канады. Когда она приехала на остров, здесь не было ни одной школы для детей, которые не говорили по-испански.

Мэри набрала какое-то количество детей и открыла для них школу. Это привлекло внимание других иностранные семей, дети которых чувствовали дискомфорт в местных школах и плохо учились. Медленно, но уверенно школа Мэри превратилась в школу «Morna Valley». Когда я приехал на остров, там училось около семидесяти пяти учеников.

Для меня встреча с Мэри  было счастливым стечением обстоятельств и большой удачей.

Она не только дала мне работу — я  вел уроки английского и французского языков, а также был учителем истории — но она предоставила мне место для жизни. Это не был дом или жилье. Это был просто кусок земли на горе, возвышавшейся над долиной Морна. Именно там я жил на дереве весь свой первый год на острове.

Это было время разобуславливания и выхода из всех западных заморочек, которые были частью моей жизни. Это было для меня время жизни в совершенно ином мире и будучи совершенно иным существом.

Это был совершенно замечательный год, когда каждый день я  просыпался утром на дереве, после чего я спускался в долину и работал с детьми.

Это был запредельный опыт, который бы я никак не мог представить себе в прежней жизни, и уж совсем не такой, какой я бы мог ожидать.

Это был удивительный опыт.

Но в какой-то момент это стало тяготить меня.

Я провел два года, обучая детей, и я стал уставать от этого. Это одна из проблем школьной программы. Потому что если захотеть, то годовой школьной программе можно обучить детей за месяц. Большая часть обучения является ненужной. И в какой-то момент с меня было достаточно. Очевидно, что это было частью моей траектории – так я был перенаправлен на совершенно иное направление.

Итак, я оставил эту школу. Я подружился с некоторыми детьми, у которых было много проблем в школе. Проблем с дисциплиной, поведением, интересом. В основном, это были дети, которым было скучно. И я решил открыть собственную школу – «Школу Всего».   У меня там было четверо детей, которых я обучал три месяца. За эти три месяца я преподал им историю Вселенной. Мы начали с Большого Взрыва. Я  пытался упростить материал. Я преподал им весь сложный процесс развития Вселенной, нашей  планеты и жизни на этой планете. Это был невероятный опыт.

Я обучал этих детей древним системам запоминания. Таким образом, они могли запоминать невероятное количество информации. Это был замечательный опыт.

Но для меня и моей истории  в этом было нечто большее. Я переехал в дом под названием «Сas Coxtu».

Это было частное владение недалеко от деревни Сан Хуан Батиста, бывшее когда-то  фермой. Дому было приблизительно триста пятьдесят лет. К сожалению,  для владельцев поместья, через 75 лет после того, как был построен дом, оттуда ушла вода, поэтому дом был оставлен, и никто не жил в нем сотни лет. Он медленно разрушался и превращался в руины. В 1970-м некий музыкант приобрел его в собственность и сделал в поместье загон для овец. Он также перестроил все, и в итоге получился симпатичный маленький дом, над которым стояла руина старого дома. Это была та самая руина, в которой я прошел через свой опыт Контакта с Голосом. Все истинное волшебство, с которым я должен был встретиться, волшебство, о котором я ничего не знал, началось с вхождения в этот дом, и по факту началось со «Школы Всего».

Я полагаю, что во многом история моего процесса не может быть описана полно, если не сказать о наркотиках.

Я знаю, что обсуждение этого вопроса является политически некорректным.

Но я  был частью поколения шестидесятых. Будучи музыкантом  с ранних лет, я очень рано попробовал наркотики. Я также могу сказать, что скорее всего, не было ничего, что я бы не попробовал из того, что было «в употреблении» в те годы.

Я был одиночкой, интегрированным существом.

У меня были невероятные путешествия в измененное состояние. На второй месяц моего учительства в моей маленькой школе в моей жизни случилось то, что стало спусковым крючком всего последующего процесса, который в итоге привел меня к Контакту.

Я полагаю, что это связано с  Джоном Лилли. От Джона Лилли «это» попало  ко мне через моего друга, который  однажды пришел ко мне и сказал: «У меня есть невероятная штука, которую ты должен попробовать». Я подумал и сказал: «Ну, хорошо».

17 октября 1985 года  после того, как ученики  разошлись по домам, и солнце село, в маленькой классной комнате я пережил опыт выхода из тела. Я летел в пространстве ароматов, для описания которых у меня есть только одно название «запах сознания».  Я могу также сказать только то, что внутри себя я был потерян в этом пространстве ароматов. Но снаружи (не то, что бы я мог слышать себя, но мне потом  рассказали, что) я бесконечно повторял «О, мой Бог! О, мой Бог! О, мой Бог!».

После этого переживания со мной начало что-то происходить,  и это происходило в течение многих недель.  На самом деле, я не знаю, как описать это. Все началось с того, что я стал голодать. У меня внезапно исчезло желание есть что-либо, и это продолжалось шестнадцать дней. И в течение этого времени я не только синтезировал и упростил химию, биологию и физику для детей, я также впервые в своей жизни получил доступ к эзотерическим книгам и концепциям. Эта бинария упрощения экзотерического и вхождения в эзотерическое была вдохновляющей.

У меня стали случатся  при распознании вещей вспышки острой осознанности. И у меня началась трансформация моего способа видеть мир и думать о мире.

Путь шамана…

У меня не было никакого представления, что со мной случилось.

Когда вы воспитываетесь  в западной культуре со всеми ее ловко запрограммированными медиа шоу, шаманский путь действительно является чуждым. На этом пути должно происходить  потрясение, сюрприз. Я думаю, что в моем процессе наиболее изумительной вещью была глубина сюрпризов.

Я помню ночь Скорпиона в 1985 году, когда я был в деревне, в прекрасно обновленном финском домике, в одном из этих волшебных маленьких домов, жемчужно сияющем в свете луны. Я был с двумя компаньонами. Этот вечер был спокойный, и когда они пошли спать, я остался сидеть один. Со мной случилась странная вещь. У меня была экспериментальная школа, и я внезапно перестал есть и не ел шестнадцать дней. На четвертый или пятый день ко мне пришел мой друг. Он был озабочен моим физическим состоянием, потому что он считал, что я не был подготовлен к голоданию. Он думал, что мне необходимо очистить кишечник или  сделать что-то в этом роде. Он дал мне отвар травы, которая по его утверждению должна была сработать немедленно. Но она  сработала не «немедленно», а шестнадцатью днями позже в этом доме, когда спали мои товарищи, а я сидел, развернувшись  спиной к очагу.

Передо мной стоял стол с разными вещами на нем. На нем лежала хорошая новая записная книжка. Когда я сидел, дверь просто открылась. Это было странно. Я просто предположил, что нечто должно было открыть дверь, раз она открылась. Я поднялся и закрыл ее, вернулся назад на свое место перед огнем.  Дверь открылась снова, и в комнату вошел домашний кот. И тут я испытал очень странное ощущение в животе, которое я могу описать только как  сильнейшие спазмы. Было похоже, что шестнадцатью днями позже отвар сделал свою работу. Я не пошел в туалет в доме, а вышел на улицу. Ночь была невероятной. Луны еще не было, и все небо было в звездах. Недалеко от дома было огромное карибское дерево. Я присел на корточки под ним. Не хочу быть вульгарным, но то, что покинуло мое тело, могло бы стать  реальной рекламой этого очищающего отвара. В это время я что-то услышал.

Мне показалось, что это звук самолета. И я ясно его слышал, хотя поначалу  не обратил на него внимания. «Это» звучало как самолет, но, однако, в этом звуке что-то было не так, а именно: не было эффекта Доплера. Этот звук не приближался и не удалялся. И мне стало казаться, что он был везде. И я не могу сказать, был ли этот звук только внутри моей головы, или он был где-то снаружи. Я не знаю. И я вернулся в комнату, севши перед огнем, чтобы согреться, потому что это была холодная ноябрьская ночь.

Двери за собой я закрыл. Дверь открылась в третий раз. И пока дверь открывалась, я почувствовал то же самое физическое давление и странное ощущение на  шее. Я опять вышел на двор по нужде. В тот момент, когда я вышел, «этот» звук был везде. В итоге, я опять вернулся и сел. И я взял со стола  дорогую новую записную книжку. Рядом лежала золотая ручка. Я наблюдал — поскольку я этого не делал — как моя рука взяла этот блокнот и ручку. Я помню, как я открыл блокнот и щелкнул ручкой. Больше я ничего не помню. Кажется,  я потерял сознание.

В какой-то момент я стал приходить в себя. У меня в руке была зажата тайна, которая, возможно, была самой пугающей вещью, которую я когда бы то ни было переживал. Это был сюрприз – блокнот был полон записей и знаков.

Забавно то, что на первой странице была нарисована стилизованная, но угадываемая буква G. Внутри были формулы, записи и вещи, которые я не мог распознать. Я не понимал, откуда это все пришло. Я не помнил ничего.

В упоении от случившегося, со словами «Вы должны это увидеть! Посмотрите, что случилось со мной!» я пытался разбудить кого-нибудь  из своих товарищей, но они не проснулись. Я почувствовал приход света. Я взял огромный черный  плащ,  закутался в него, и, неся блокнот в руке, вышел из дома. Когда я спустился по лестнице, меня, в буквальном смысле слова, развернуло на месте. Я имею в виду, что меня развернуло так, как будто бы две невидимые руки схватили меня и развернули.

Над домом взошла огромная луна. Меня поразили ее размеры. И в то же время, я опять слышал этот странный звук самолета. И в это время, меня снова что-то схватило и развернуло к горизонту. В этот момент вся долина, в которой стоял дом, была наводнена плачем, в котором было и ржание лошадей, и лай собак, и пение петухов.

Я мог видеть, как восходит солнце, мог видеть восходящий Меркурий, а после я перестал видеть что бы то ни было, кроме пульсирующей частоты… Я не знаю, как это описать… Это было похоже на экран, который вибрировал. Я не знаю, сколько это продолжалось, и как долго я пребывал в этом состоянии. Я мог чувствовать физическое давление в своей голове. Внезапно все прекратилось.

В течение недель я не знал на самом деле, через что я прошел, что это за переживание было. В момент этого восхода солнца, комета Галлея, великий посланник, подошла к Земле на максимально близкое расстояние. Все это  — комета Галлея, Меркурий и Солнце вместе с частотой этого момента – все это было задолго до Голоса. Это было моим первым вкусом реального волшебства и невероятным космическим сюрпризом. Невероятная вещь – путь шамана…

Одной из вещей, связанных с этим происшествием было то, что я каким-то образом поверил в то, что я умру во время осеннего равноденствия. До этого момента оставалось десять месяцев. Мне было кристально ясно, что я должен умереть. Помню, как я пытался разбудить одного из мужчин в комнате со словами: «ты должен увидеть это, это невероятно!». Он отвечал мне, чтобы я оставил его в покое, и что он хочет спать.

Они никогда не увидели этого. По факту – никто никогда не увидел этого. В итоге я сжег этот блокнот с записями. После моего опыта с Голосом и волею судьбы принужденный вернуться на этот план, я попытался избавиться от всего. Так что в итоге, все это сгорело в пламени.

В любом случае, если вернуться к моей смерти, то, как я уже говорил, сумасшествие обладает своими комедийными моментами.

Почти каждый человек, с которым я контактировал — а я имел дело с очень малым количеством людей — интересовался мной. Я находился в племенной среде, где люди кое-что знали обо мне.   Так или иначе, многим стало известно, что я должен умереть во время осеннего равноденствия. Это было в 1986. Осеннее равноденствие произошло почти в точности на моей оппозиции Урана, который закончил все, будучи точкой изменения моей жизни, потому что месяцем позже я встретился с Голосом.

Это стало сплетней острова: тут есть один сумасшедший, который собирается убить себя на осеннее равноденствие и что-то еще в этом роде. Было интересно видеть реакцию. Люди просто не знали, что происходит со мной, поэтому пересуды были самых различных толков. Я жил фактически «отделенным» от всего. Совершенно случайно происходило так, что когда я спускался в деревню, я натыкался на людей, которые мне пересказывали все сплетни обо мне.

В любом случае, день равноденствия был интересным. Рано утром человек, которого я знал много лет, подобрал меня на дороге, ведущей в деревню и пригласил меня поехать вместе с ним в его дом в селении. Я был со своей собакой Барли. Барли был опасным созданием, можно сказать, что это был серийный убийца живности. Мы вместе  Барли приехали к его дому, и Барли остался сидеть около входной двери, а я вошел внутрь и сел.

Разговор после этого угас. Наступила тишина. В этой тишине присутствовала определенная частота. Если бы я хотел быть драматичным, то я мог бы сказать, что можно было почувствовать запах ангела смерти… В тот  момент каждый из нас осознавал, что происходит.

А Барли в это самое время пробрался в курятник моего друга и перебил  там всех птиц. Он просто порвал их на части. Это была ужасающая картина. Собака была покрыта кровью. И я  ушел со своей собакой Барли, оставив этого бедного человека в состоянии шока.   Все это напугало меня. Это было страшно. И это было похоже на Омен, предзнаменование конца света.

Я вернулся назад. Предположительно ЭТО должно было произойти на закате. В течение дня я посетил одного своего знакомого. Он сделал мне подарок, сыграв со мной в карты в очень странную игру под названием «Passion». Это игра, в которой вы даете имена людей, которых вы знаете, различным картам на столе. И то, как вы раскладываете карты, дает вам возможность как бы читать события и свое будущее. Перед тем, как сыграть, этот  человек рассказал мне, почему я проходил через все это, и что это была опасная игра. Я попросил его прочитать карты и рассказать мне, что он видит. Он разложил карты. Я не просто знал, что я умру в этот день, но я знал, как это должно произойти. Я знал, что какой-то человек всадит мне в спину нож. Это знание было внутри меня. Я никому не рассказывал об этом. Наружу вышло просто то, что я должен предположительно умереть в этот день.

Когда мой знакомый разложил карты, он  резко побледнел. Он рассказал, что кто-то должен напасть на меня. И было видно, что ему крайне нехорошо. Так что он все собрал и ушел.

Итак, я сидел на жаре. Было так жарко, как это только может быть на Ибице во время равноденствия. ДО заката оставался час. Я отправился в придорожное кафе «Can Curne». Это старое странное место, расположенное на дороге. Там была наружная терраса со столиками. Я присел за одним из них. В течение следующих сорока пяти  минут там собралось много людей. Я предполагаю, что они хотели посмотреть, что произойдет. Так мы все там сидели. Это была очень странная картина. Солнце садилось.

Тут подъехала машина. В ней сидел человек, которого я знал. В тот момент, когда я его увидел, я знал, что это именно ОН. Он вышел из машины и пошел в это кафе.  В какой-то момент мне нужно было выйти в туалет. Я поднялся из-за стола и пошел по направлению к парковке машин мимо него. Я прошел мимо припаркованной машины этого человека,  старого «Рено»  с «бардачком» за открывающейся  панельной доской. Я увидел, что за панельной доской лежал кинжал.

Я вернулся из туалета. Постепенно темнело, и я начал нервничать. Если ЭТО должно было случиться, то я хотел, чтобы оно случилось. Я начал уставать от сидения в этом кафе и давления всех этих людей. Так что я вошел обратно в кафе под предлогом того, чтобы заплатить за свой кофе или чай, который я выпил. Когда же я поднялся на ступеньки, то увидел, что этот парень был мертвецки пьян. Он был абсолютно неподвижен и лежал головой на столе.

Я рассчитался, вышел наружу. Повернулся ко всем,  сказал «Спокойной ночи!» и пошел к холмам туда, где стояла моя маленькая палатка. Я забрался внутрь нее и заснул. Я не знаю, когда – может, часом позже, —  я услышал звук открывающегося полога. В палатку заглядывал  молодой испанец, которого я знал.

Продолжение во второй части рассказа Ра  «Жизнь и Смерть Ра Бен Йосефа».

< Вернуться на предыдущую страницу